Проект белорусских родителей для всех, кому близка проблема аутизма

Присоединяйтесь к нам в
Помощь в поиске: самое популярное на сайте
«исключительные дети» Луна Имитация сложных движений аутизм агрессивное поведение одаренность с дисгармоничным типом развития издевательства в школе диагноз аутизм первые признаки самоповреждение обучение тьютор поведение высокофункциональный аутизм социальная история шизофрения сенсорная игра агрессия речевые шаблоны друг игра фильм о детях с аутизмом функция поведения инклюзивный класс обучение чтению родители Одежда для уменьшения стресса и поведенческих проблем в школе и дома имитация книга особенности поведения игры поведенческий момент моббинг надевать обувь сенсорные ощущения стимминг контакт глазами как научить ребёнка игра с аутичным ребёнком Имитация с использованием крупной моторики поведенческий импульс инклюзия Конвенция о правах инвалидов логопед система коммуникации через обмен картинками самостимуляция выгорание от аутизма лицевая слепота артикуляционная гимнастика аутичный ребёнок уроки доброты Сенсорные стратегии фонд «Выход» видеоуроки утежеленное одеяло синдром Аспергера нейротипики ежедневное расписание дружба Picture Exchange Communication System ABA гнев откуда беруться дети с аутизмом клуб тьюторов Имитация с предметами ребёнок воспитание Успокаивющие методы мультфильм Юлиана Пьянкова Визуальные подсказки школа рассказ о непохожем брате Сенсорная стимуляция мультик Расслабление диагноз эмоциональный интеллект книги особому ребенку братик PECS эмоции
К началу Материалы Тьюторам Тьютор: няня или аутистовед?

Тьютор: няня или аутистовед?

Юлиана Пьянкова

Тьюторов для детей с аутизмом в Беларуси нет, но их все ищут. В том числе я – для Тимура.

В мае мой сын завершил начальное образование в интегрированном классе общеобразовательной школы. И над нашей головой опять нависла угроза надомного обучения: по замыслу авторов программы «с трудностями в обучении», на средней ступени ребенок должен перерасти свои трудности и влиться в общий поток.

Наш поток – 27 активных коммуникабельных подростков – как раз не против Тимура, однокашники давно приняли моего необычного мальчика. Проблема в том, что дети с аутизмом к пятому классу не перерастают свои особенности. И к шестому, седьмому, восьмому не перерастут.

Мое предложение включить в учебный процесс тьютора педагоги восприняли настороженно:

– Во время урока он будет ждать вашего мальчика в коридоре, как няня? – предположила наша учительница.

Хм… некоторое время назад от специалиста Национального института образования я слышала более гордое определение тьютора – «аутистовед».

Юлиана Пьянкова

Юлиана Пьянкова

Так кто такой тьютор – няня или аутистовед? Где готовят этих специалистов, чему учат и каких результатов можно ждать от их работы?

На несколько простых вопросов о тьюторстве отвечает первый в Беларуси профессиональный тьютор ребенка с аутизмом Юлиана Пьянкова

– Юлиана, так все-таки няня или аутистовед?

– Ни то ни другое. Тьютор – это связующее звено, посредник, специалист по индивидуальной адаптации.

К огромному сожалению, ситуация в Беларуси анекдотическая: в связи с шагами по включению детей с аутистическими расстройствами в общеобразовательную среду возник огромный спрос на тьюторов, а профессии такой нет.

В сегодняшних реалиях тьютор – это маленькая зарплата и скромная запись в трудовой – «помощник воспитателя».

– Почему в Беларуси до сих пор нет такой специальности?

– Я долго думала над этим вопросом. Наверняка есть очень важные причины, почему при наличии острого социального запроса, а также людей, желающих быть тьюторами, и жизненно нуждающихся в этом детей, до сих пор нет такой специальности.

Но мне эти важные причины не известны.

– Получается, специальности нет, системы подготовки нет, а специалисты есть? Как вы пришли к профессиональному тьюторству?

– По первому образованию я музыковед, учитель сольфеджио и музыкальной литературы. По второму педагог-психолог. В тему аутизма пришла по зову сердца, как волонтер: в свободное время приезжала в семьи, воспитывающие детей с аутизмом, занималась развитием игровой деятельности.

Потом познакомилась с единственным на тот момент белорусским АВА-терапевтом Викторией Сидорович (к сожалению для родителей, сейчас Виктория живет в другой стране) и стала вести детей как терапевт, работать по индивидуально разработанным Викторией программам. В августе прошлого года прошла обучение на двухнедельном обучающем семинаре-практикуме, организованном “Школой – сходинки” (Киев, лектор Юлия Преснякова) – “Базовые принципы метода поведенческого анализ в применении к детям с РАС”.

Сейчас я учусь на сертифицированном курсе по поведенческому анализу в Московском институте психоанализа, на курсе Анны Хисмятуллиной. Прошла очное супервизированное обучение тестированию ABLLS в Москве. Посещаю конференции, тренинги, вебинары…

– Изменила ли ваша работа подопечного, и что дает основания предполагать, что эти изменения произошли не сами по себе?

– Со своим подопечным я начала работать год назад летом как терапевт. К тому времени мальчик окончил первый класс без тьютора.

Результаты его обучения были провальными: в свои 8 лет ребенок не знал букв, считал с трудом до трех, путал цвета. Практически не пользовался речью, были большие пробелы в социальной коммуникации, много стереотипий и проблемное поведение. Хотя в плане навыков самообслуживания мог дать фору любому обычному мальчику его возраста: это огромная заслуга родителей.

Мы начали интенсивную программу  по подготовке к школе, ввели жетонную систему, определили, что может стать для ребенка поощрением, ввели визуальные опоры и расписание. Я привлекла своего сына как ко-терапевта для отработки имитации,  ролевых и настольных игр.

Родители попросили меня продолжить работу в качестве тьютора. Я согласилась,  и могу с уверенностью сказать, что все получилось!

Мы попали в интегрированный класс к замечательному педагогу-дефектологу, который поддержал нас и разрешил использовать поведенческий подход в обучении. По итогам 2 класса мой подопечный полностью освоил школьную программу, научился читать, бегло пишет письменными буквами, играет в настольные игры с детьми, рассказывает стихи, поет песни, понимает обращенную речь и может поддержать простой диалог.

Это результат командной работы учителя-дефектолога, частным образом привлеченного психолога, который занимался с мальчиком по выходным, тьютора и, конечно, семьи. Мы все придерживались одной стратегии.

Поначалу было тяжело, школа не сразу приняла ребенка. Мы вместе с родителями пошли на психолого-педагогическую комиссию перед началом учебного года, попросили вписать в рекомендации сопровождение. Когда пришли с этим к директору школы, он не понимал, кто я, почему я здесь, и зачем все это школе. Предупредил, что будет следить за нами, и не дай бог, мы будем ущемлять права других детей.

В характеристике ребенка по итогам года отмечено, что поначалу педагоги сомневались в правильном выборе образовательного маршрута, но теперь сомнений нет.

Моя цель – сделать так, чтобы я как тьютор была не нужна подопечному. Всегда об этом помню. Но, с другой стороны, у меня столько всего в голове, чему я могу его обучить, что хочется все это отдать. Поэтому «отпускаю» подопечного постепенно – на некоторых уроках я уже сижу не рядом с ним, а на расстоянии. В следующем году два дня в месяц меня вообще не будет в этой школе: буду выполнять роль консультанта в ресурсном интегрированном классе для детей с аутизмом. Посмотрим, как пойдет у нас этот период отстранения.

Сейчас ipad - потом урок

Сейчас ipad - потом урок

– Одновременно с вами, с сентября 2013 года, к работе приступили три тьютора первого в Беларуси ресурсного класса для детей с аутизмом – в минской школе № 5. Они работают по другой модели?

– Да, варианты сопровождения детей с аутизмом могут быть разными. В странах, которые в коррекции аутизма продвинулись дальше нас, для детей с аутизмом со сложностями в поведении используется модель структурированного школьного обучения, которое организуется в ресурсных классах.

В такой модели тьютор – это человек, прошедший специальную подготовку, являющийся частью команды, которая  состоит из супервизора, ABA-консультанта и тьюторов-терапевтов. Деятельность тьютора четко регламентируется индивидуальной программой ребенка, в которой прописаны все шаги по формированию навыков и целевого поведения. От тьютора требуется четкое следование инструкциям консультанта, своевременное заполнение чек-листов (мониторинг усвоения навыков).

Такая модель – это работа один на один за столом, сопровождение ребенка на общих уроках и обучение вне структурной среды (перемены, различные школьные мероприятия). Именно ее взяли за основу проекты московских классов на Кашенкином и Киевской, и пытаемся создать в минской школе № 5 мы.

Существуют варианты сопровождения, когда деятельность тьютора не курируется опытными  специалистами, направления его работы обусловлены запросами родителей. Я работаю именно так, без куратора, ориентируясь на запросы родителей и проблемы ребенка, которые я самостоятельно определяю при тестировании. Периодически мы берем супервизию.

Команда ко-терапевтов, активно привлекаемая для работы (сын Никита и племянник Коля)

Команда ко-терапевтов, активно привлекаемая для работы (сын Никита и племянник Коля)

– Можно ли уже говорить о результатах обучения детей в ресурсном классе на базе школы №5?

– Я часто там бываю, консультирую и помогаю как учителю класса, так и тьюторам. Вижу, сколько возникает вопросов по ходу работы, как сложно сориентироваться в ситуации, принять верное решение.

Первый год обучения ушел на формирование учебного поведения у детей, на структурирование среды, выстраивание отношений с коллективом школы и внутри коллектива класса. Мы не делали акцент на работе с академическими навыками, работали над адаптацией и изменением окружающей среды. И, по законам поведенческого анализа, чудесным образом менялись и дети.

Сейчас мы тестируем детей по ABLLS, о результатах работы можно будет судить только при повторном тестировании. Так что пока вправе поделиться чисто субъективным мнением.

Я могу сказать, что в начале года эти дети не сидели, не слушали, не выполняли инструкций. Сейчас я сажусь напротив ребенка, даю инструкцию, и он ее выполняет. Над качеством выполнения нам предстоит еще долго работать, но по крайней мере ребенок меня слышит и воспринимает в роли педагога.

Команда школы № 5 – это учитель-дефектолог, три тьютора и, конечно, родители. Предполагается, что в следующем учебном году к ним присоединится психолог. Родители нашли возможность обучить тьюторов, оплатив серию вебинаров московских специалистов.

Хотя говорить, что в ресурсном классе все так, как и должно быть, рано. У нас пока нет супервизора: работа такого специалиста очень дорога. Должен быть консультант, который разрабатывает индивидуальные программы для детей. По-хорошему, по этическим нормам поведенческого аналитика, я не могу быть консультантом, пока не прошла полный курс обучения. Я могу быть только АВА-терапевтом. Но, к сожалению, больше некому взять на себя консультирование, поэтому, как уже было сказано, со следующего учебного года два дня в месяц я буду работать в школе № 5.

– Мой сын единственный ребенок с аутизмом в своей школе, так что ресурсного класса нам не видать. А поскольку вы единственный АВА-терапевт в Беларуси, на «личного тренера» тоже рассчитывать не приходится. Или все-таки поискать компетентного сопровождающего?

– Не хочу вводить родителей других детей в заблуждение, что если они найдут тьютора, то их дети смогут и в обычной школе быть успешными. Нет.

Я просто обладаю определенными знаниями. Я не «правильный» тьютор, так как адаптирую школьную программу под ребенка, разрабатываю пути формирования навыков, постоянно его тестирую. Так не должно быть! Это задача школы, а не частным образом нанятого специалиста. А у учителя, даже самого гибкого и доброжелательного по отношению к детям с аутизмом, нет соответствующих знаний.

В следующем учебном году сразу в нескольких школах Минска откроются интегрированные классы для детей с аутизмом. Родители детей из школы № 5 были первые, им было тяжело. Но они создали для своих детей хорошие условия, сами обучают специалистов. Это правильная модель обучения детей с аутизмом.

– Почему вопрос о тьюторстве так настойчиво звучит именно в связи с обучением детей с аутизмом? Нашим детям сопровождение нужнее, чем кому-то еще?

– Нет, тьюторское сопровождение нужно всем детям. Я с огромным удовольствием поддержала бы введение тьюторской позиции в каждом обычном классе.

Детям с аутизмом тьютор жизненно необходим – впрочем, как и детям с ДЦП, с синдромом Дауна, слабовидящим и многим другим.

Сопровождение детей с аутизмом требует определенных знаний о законах поведения. Одного желания помочь недостаточно.

– Скажите честно, это интересная работа? Денежная, или больше для души?

– Для меня это было и остается колоссальным практическим опытом – я не получила бы его ни из одной книги, ни из одного теоретического курса.

В то же время, работая, я смогла самостоятельно оплачивать свое обучение в Москве, покупать дидактические материалы, ездить на конференции и тренинги.

Еще один бонус – удобный рабочий график, занятость 4 часа в день. Для меня как для мамы первоклассника это был идеальный вариант. Это тоже один из бонусов тьютора.

«Мое рабочее место в школе выглядит именно так: дидактические материалы всегда под рукой, как и компьютер с интернетом. Если нужно быстро найти фотографию или картинку к теме урока, очень выручает. Всегда рядом набор поощрителей, которые я постоянно тестирую перед уроками. Мой помощник Нумикон – большое подспорье на уроке математики».

«Мое рабочее место в школе выглядит именно так: дидактические материалы всегда под рукой, как и компьютер с интернетом. Если нужно быстро найти фотографию или картинку к теме урока, очень выручает. Всегда рядом набор поощрителей, которые я постоянно тестирую перед уроками. Мой помощник Нумикон – большое подспорье на уроке математики».

Работа, выполняемая с душой, рано или поздно приносит доход. Или превращается в хобби. Знаю что многие родители, помимо финансовой мотивации, готовы самостоятельно обучать тьюторов для своих детей. То есть преимущества налицо: ты еще только молодой специалист, но получаешь колоссальный опыт, и родители готовы вкладывать в тебя средства.

Поделитесь в соц. сетях, чтобы и другие родители смогли лучше понять своих детей.